День воли-2008 вернул Беларусь в прошлое. В ту Беларусь, какой она была еще два года назад, когда против вооруженных только стремлением к свободе людей выставили боевиков в милицейской форме.

За прошедшее с тех пор время в обществе сложилось впечатление, что власть под давлением внешних, в первую очередь, и внутренних факторов готова измениться, пойти на уступки, ослабить хватку. И признаки либерализации были. Конечно, власть ничего не делала просто так. Мирный характер оппозиционных акций прошлой осенью и массовое освобождение политзаключенных этой зимой были лишь игрой на западную публику. Игрой, не доведенной до конца.

И в этом, пожалуй, можно найти объяснение того, почему власть вновь предпочла вести диалог со своими политическими оппонентами с дубинкой в руках.

Достигнутый между властями Беларуси и Западом компромисс предполагал, как сегодня известно, освобождение всех политзаключенных. Но выпустить Александра Козулина на, так сказать, общих основаниях белорусская власть не могла. Это был принципиальный момент, разрешением которого могла стать политическая эмиграция Козулина. Но тот от столь "щедрого" предложения отказался.

На этом дальнейшие поступки власти потеряли всякую логику, а выстроенный, казалось, сценарий сближения "последней диктатуры Европы" с Западом был перечеркнут. Политика здравого смысла полностью уступила место эмоциям. Эмоциям темным, нездоровым, мстительным, поддавшись которым легко не то что перечеркнуть, а похоронить все надежды и планы.

Устроив "шмон" и "хапун" на День воли, власть дала четко понять, что игры в демократизацию закончились, что политической весне в наши широты путь заказан. И что на это скажут Брюссель или Вашингтон — плевать! Потому что сила — не в правде, сила — вот она, в дубинке спецназовца. Она успешно колотила поборников демократии и пять, и десять лет назад и, как оказалось, не потеряла актуальность и сегодня.

Александр ЗАЙЦЕВ